Немного о психотерапии

Автор: Анна Филимонова

От автора: Зачастую наталкиваюсь на представления о том, что психотерапия — это обнаружение «скелетов в шкафу» клиента, и только. В итоге получается гора костей, накопанная из добрых побуждений, с которой сложно что-то сделать, и непонятно, надо ли.
Я представляю процесс психотерапии иначе, как процесс постоянного взаимодействия и изменения.

Немного о психотерапевтическом процессе.

Процесс терапии не сводится к установлению причин и выяснению привычных, стандартных историй клиентов.
Нет смысла, или его очень мало, в том, чтоб понять, что у клиента, как и у многих других, была холодная, жестокая мама, отвергающий отец, им не хватало тепла в детстве и тд. Сама эта информация ничего не дает для улучшения состояния человека, не несет ничего нового для него, лишь добавляя боль, разочарование, чувство никчемности и злости.
Если интерпретации — все, что предлагает терапевт, то такая терапия может быть использована клиентом для обесценивания и уплощения важного личного опыта. 
Если сводить терапевтический процесс к установлению причинно-следственных логических связей, то она превращается в бег по кругу и обнаружение фактов и доказательств, направленных на разрушение человека. Такой процесс сравним с бомбардировкой гуманитарной помощью, которая сыплется на голову и травмирует, причиняет боль, ломается, становится негодной — мусором, несущим разочарование, хаосом и опасностью.
Выяснение и вытаскивание гипотетических причин, стандартных способов взаимодействия с окружающим, обращения с собой имеет смысл лишь в том случае, если терапевт может предложить какой-то другой способ проживания, видит альтернативы, либо готов быть в неопределенности клиента так долго, как последнему требуется, последовательно проживая с ним различные состояния отвержения, гнева, отчаяния, бессилия, страха, стыда, вины. При этом у терапевта должно быть  достаточно ресурсов, чтоб не разрушаться самому, сохранять устойчивость, погружаясь в историю клиента и выходя из нее целостным, но не холодным, не бесчувственным и окаменевшим.
Чуткость и бережность в отношении к клиенту, готовность быть рядом в разных его состояниях — это зачастую тот опыт, с которым обращающиеся за помощью люди не сталкивались, либо мало сталкивались в своей жизни в силу разных причин: к ним так, и правда, не обращались, они не умеют замечать подобное отношение к себе, они ему не доверяют и боятся, а потому не принимают. Чаще всего нет или отвергается образ «хорошего нефрагментированного себя», принятие которого способствует исцелению.
Однако и само принятие может оказаться болезненным процессом: человек начинает замечать себя другого, замечать, как меняется его поведение и пугаться, испытывать нарастание тревоги и радости одновременно. На этом этапе необходимо также много поддержки, поскольку актуализируется страх отвержения. Вновь нужны чуткость и внимание, гибкость, терпение, готовность следовать за клиентом, а не бежать впереди него.
Это не всегда просто. 
Психотерапия — это не археологические раскопки. Это долгий процесс бережного внимания и интереса к клиенту, а не к его истории. Учета его особенностей, процессов, тревог, неустойчивости и того, какой он хороший, цельный, жизнеспособный. Это процесс веры клиенту и большой поддержки его собственной ценности.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

3 × два =